16 марта в Каменск-Уральском театре драмы состоялась церемония подведения итогов XXXII открытого областного Рождественского поэтического конкурса.
Участие в конкурсе приняли 200 авторов из Екатеринбурга и Свердловской области, Челябинска, Кургана, Тюмени, Омска, Иркутска, Новосибирска, Красноярска, Йошкар-Олы, Самары, Владимира, Твери, Воронежа, Краснодара, Юнокоммунаровска (ДНР), Санкт-Петербурга, Москвы и других городов. Две заявки поступили из-за границы – из Молдавии и США. Во второй тур прошли 64 поэта.
Итоги подводили за праздничным столом – так в театре обыграли юбилей уральской писательницы Нины Буйносовой. Многие годы она работала в жюри конкурса и сегодня искренне рада, что «Рождественский» продолжает открывать новые литературные имена – уже в масштабах всей страны. Лауреаты конкурса «угощались» стихотворениями Нины Ивановны, а затем получали дипломы и читали свои произведения. Праздник удался!
По традиции, жюри вручило два комплекта наград – в основной (открытой) номинации и среди авторов из Каменска-Уральского.
В основной номинации победу одержала Яна Цыганкова из Воронежа. Второе место заняла Марина Демчук (Серов). Третье поделили Сергей Ивкин, Вадим Осипов и Максим Сергеев (все — из Екатеринбурга).
Жюри также отметило высокий уровень стихотворений Екатерины Грушихиной (Красногорск), Анны Звёздкиной (Дзержинск), Сергея Матыцина (Воронеж), Екатерины Пермяковой (Курган) и Екатерины Спиридоновой (Санкт-Петербург). Эти авторы награждены дипломами «За успехи в поэтическом творчестве».
— Александр Межиров когда-то написал, что быть поэтом после 30 – «срам кромешный». Но мне всегда вспоминаются слова моей тяжело болевшей мамы, которая уже не вставала, а говорила, что в душе ей 18 лет! И уже сам всегда говорю, что поэзия — часть души, вынесенная наружу. В свои семьдесят, посчитав, что душа моя ещё молода, я принял участие в Рождественском поэтическом конкурсе и занял третье место, — рассказывает поэт, член Союза писателей России Вадим Осипов.
Среди поэтов из Каменска-Уральского первое место у Людмилы Матис. На втором – Дина Ненюкова, на третьем – Диана Ахмедулова.
Специальные дипломы получили 10 финалистов: Юлия Билаш, Светлана Боброва, Маргарита Евдокимова, Наталья Еремеева, Николай Ильенко, Даниил Лиханов, Андрей Меренков, Андрей Никора, Александр Першин, Галина Васильева.
В номинации «Надежда» (для авторов не старше 17 лет) премии удостоены 8-летние каменцы Дмитрий Лазарев и Арина Шакирова, а также 16-летний Алмат Кайвалдиев из Саратова.
Дипломантами конкурса стали Ксения Андреева, Михаил Несытых, Константин Кузьминых и Коряков Максим (все – из Каменска-Уральского), Дмитрий Макаров (Тавда), Надежда Колмакова (д. Красненькая Тамбовского района Тамбовской области) и Максим Якубенок (Ханты-Мансийск).
В номинации «Мой город» (за стихи о Каменске и его людях) победила Людмила Никора.
В номинации «Гран-при» (право на издание книги стихов) премию получил победитель предыдущего конкурса Алексей Воронцов. Татьяна Барышникова отмечена дипломом за участие.
В номинации «Парнас» (для обладателей «Гран-при» прошлых лет) лучшей признана Ирина Шляпникова, Сергей Симонов стал дипломантом конкурса.
Напомним, Рождественский конкурс зародился в 1993 году по инициативе поэта Юрия Каплунова. Сегодня в жюри конкурса работают члены СОО СПР Евгений Касимов, Александр Кердан, Андрей Расторгуев, Наталия Санникова, Евгений Черников, Александр Шалобаев.
Стихотворения лауреатов и дипломантов конкурса можно почитать на сайте библиотеки им. А. С. Пушкина:
Яна ЦЫГАНКОВА
* * *
Иордану снится хороший сон –
Будто он ручей из больших лесов.
Будто он поёт меж густых лесов.
Там он видит себя счастливым.
Иордану грезится птичий гам,
Спящий в тёплых водах гиппопотам,
А ручей всё течёт по чужим следам –
Каменистым, сухим… дождливым.
И цветёт папирусовая сыть,
И восходит солнечный вечный круг,
И так сладко плыть по течению, плыть,
И не знать, что будет на берегу.
Пусть никто речной не тревожит сон:
Далеко до счастья и до беды…
К Иордану,
Будто сойдя с икон,
Вышел мальчик чистой испить воды.
Марина ДЕМЧУК
* * *
Воробей –
среди птиц плебей:
ни вида, ни роста,
выглядит очень просто;
нет голоса, хоть убей.
Но зато – пацан боевой
и знакомый, привычный, СВОЙ.
Так, бывает, прижмет забота –
хоть в петлю лезь головой…
А он ничего, живой.
Посмотришь – и жить охота.
Сергей ИВКИН
СОНЕТ НА ПЛОТИНКЕ
Исеть бела. Под животом моста
проталина для шумных серых шеек.
При снеге мрачный город хорошеет:
на плоскости альбомного листа
выпячивает тёплые места.
Зима отныне не сезон лишений,
вязанка макабрических клише и
космическая злая пустота.
Она приносит запах мандарина,
салют, трибьют, «Наполеон» и брют,
мороз и солнце… Жаркие витрины.
Патриархально-сказочный уют.
Летят снега свистульками из глины
и семечки из варежек клюют.
Вадим ОСИПОВ
ЕЩЕ РАЗ О МУЗЫКЕ
Птица прыгает по клетке,
Рыбы ходят за стеклом.
Книги – умные соседки,
Рядом дремлет метроном.
Миля? Миля – пианистка,
Миля – старшая сестра.
Фортепиано близко-близко
Разливается с утра.
У нее на пальцах – Скрябин,
У нее в душе – Шопен.
Петр Ильич в альбоме – рядом,
Строго смотрит Бах со стен…
Через время страшно падать,
Годы давят и сомнут.
Потеряла Миля память,
Помнит только пять минут.
Но хранится незабвенно
То, что детство принесло.
Мама – Ира, папа – Вена,
Музыканта ремесло.
Для нее клавиатура –
Как магический кристалл.
Музыкальная натура
Прорывается в портал.
И когда набором клавиш
И живым узором нот
Все потери переплавишь –
Память музыку вернет.
Пальцы время победили,
Это жизнь, а не игра.
Ты вернулась! Здравствуй, Миля!
Здравствуй, старшая сестра.
Максим СЕРГЕЕВ
* * *
Открыть, вдохнуть, увидеть, сплоховать
И до весны остаться тосковать
На желудях кофейных и на грече.
Искать покой под вой в печной трубе,
Под треск поленьев, покорив в себе
Прямую речь, чтобы дождаться речи
Беззвучной, безначальной, слюдяной,
Живущей после, под-над тишиной
И в сумерки ложащейся на плечи.
Найти в себе, расшириться до дна,
Стремленье к звёздам, чтобы белизна
Ложилась кольцами на мой тулуп овечий.
Людмила МАТИС
* * *
Все на свете вперемешку,
Не отдельно и не врозь.
Посмотри скорей, не мешкай,
Как тут все переплелось.
Сотни лет вздыхают люди
Об осенней красоте.
Пусть и дальше так же будет:
Кустик в ягодном колье,
Деревцо в нарядных бусах,
Листья шарфиком взвились,
Ты в колечках светло-русых,
И запутанная жизнь…
Ирина ШЛЯПНИКОВА
* * *
Еще вчера метель мела,
Но вот земля весной согрета,
Росток-дитя стремится к свету,
К прикосновениям тепла.
Ростку любому, как закон
Иль как живительная мера,
Нужны тепло, любовь и вера,
Чтоб стал однажды сильным он.
Порой внутри не тает лед,
Но есть тепло в словах утешных,
Во фразах, дарящих надежду,
Что все холодное пройдет.
И вопреки мирскому злу,
Вконец устав от трудной битвы,
Душа потянется к молитве,
Как тот росток-дитя к теплу.
Твердят, что жизнь малым-мала,
И что коротким будет лето.
Пусть несмотря на все на это
Всем хватит света и тепла.
И на опасном вираже
Так важно быть в пределах круга,
Хранить тепло, примкнув друг к другу –
Душа к душе, душа к душе.
Алексей ВОРОНЦОВ
СКАЖИ МНЕ
Скажи мне, что жизнь на восходе отстанет
от смертного часа. На собственный миг.
Как крик журавлей, отлетевший от стаи.
Как мука, простившая мунковский крик.
Отстанет на вдох, на единственный способ
по ветру обрывки связать волоском.
Пусть дверь, что захлопнул, не кажется прозой
и в спину глядит воспалённым глазком.
Как в простыне рваной таблетки с нирваной
глотал — без семьи, но в семейных трусах,
пусть камень в душе будет облаку равный,
о камень затупится смерти коса.
И все, кто родные, останутся вечно
живыми. «Живите!» — ору во весь рот.
Скажи мне, что слышат, хотя бы — что легче
холодному солнцу идти на восход.
Скажи, что копейки не в карме — в кармане.
Канделы лучей не чета кандалам.
И свитер у неба — оранжевый, мамин
(а я в него, дурень, окурки кидал!)
Ты — русский авось мой.
Скажи, напророчь мне,
что жизнь — это план,
ведь на стержне весны
всё вертится по-галилеевски прочно!
Лишь окна не ждут голубиную почту,
омыты дождём — неизменно косым.